Рейтинг@Mail.ru
Шинейд Бёрк: Почему дизайн должен учитывать всех людей

Шинейд Бёрк: Почему дизайн должен учитывать всех людей

невероятно хорошо осведомлена о деталях, которые почти незаметны для большинства из нас. Будучи ростом 105 сантиметров, она ощущает, что мир дизайна — начиная от высоты расположения замка́ и заканчивая ассортиментом обуви доступного размера — часто препятствует её способности быть самостоятельной. В этом видео она рассказывает нам, каково это — передвигаться по миру, когда ты маленький человек, и спрашивает: «На кого наш дизайн не рассчитан?»

Я хочу показать вам жизнь с нового ракурса. Звучит грандиозно, и так оно и есть. Я уехала из Ирландии вчера утром. Путешествие из Дублина в я проделала сама. Но дизайн аэропорта, самолёта и терминала предлагают мало возможностей для независимости, когда ты ростом 105,5 см. Поясню для американцев: это 3 фута 5 дюймов. Сотрудник авиакомпании быстро провёз меня по аэропорту в инвалидной коляске. Мне не нужна инвалидная коляска, но сам дизайн аэропорта и то, что в нём не хватает доступности, означают, что это мой единственный способ пробраться через него. C ручной кладью, зажатой между моих ног, меня провезли на кресле через службу безопасности, предполётный досмотр, и я прибыла к выходу на посадку.

Я пользовалась услугами для маломобильных пассажиров, потому что большая часть терминала создана просто без учёта меня. Возьмите, к примеру, службу безопасности. Я недостаточно сильна, чтобы поднять мою ручную кладь с пола на карусель для багажа. Она находится на уровне моих глаз. А те, кто там работает, в целях безопасности не могут помочь мне и не могут сделать это за меня. Этот дизайн препятствует моей автономности и моей самостоятельности. Но не всё так плохо, когда путешествуешь с таким ростом. Пространство для ног в эконом-классе прямо как -класс.

(Смех)

Я часто забываю, что я маленького роста. Физическая среда и общество — вот они напоминают мне об этом. Для меня мучительно пользоваться общественным туалетом. Я захожу в кабинку, но не могу достать до защёлки на двери. Но я не унываю и подхожу к делу изобретательно. Я осматриваюсь в поисках урны, которую я могу перевернуть. Безопасно ли это? Не очень. Гигиенично ли это? Определённо нет. Но альтернатива ещё хуже. Если это не срабатывает, я использую мой мобильный. Он даёт мне дополнительные 10–15 см, чтобы дотянуться, и я пытаюсь защёлкнуть замок своим айфоном. Я допускаю, что не об этом Джонатан Айв думал, когда создавал дизайн айфона, но это работает. Другой вариант — я подхожу к незнакомому человеку, сильно извиняюсь и прошу его стоять на страже дверей моей кабинки. Они это делают, и я появляюсь оттуда с благодарностью, но это ужасающе унизительно для меня, и я надеюсь, что они не заметили, что я вышла из туалета, не помыв руки. Каждый божий день я ношу с собой для рук, потому что раковина, дозатор для мыла, сушилка для рук и зеркало — все находятся вне моей досягаемости.

ПО ТЕМЕ:  "Есть остатки рагу и кусок пиццы". Кто и зачем в Беларуси отдает и берет даром еду

, доступный для инвалидов, — это вариант для меня. В этом месте я могу достать и до защёлки на двери, и до раковины, до дозатора мыла, до сушилки для рук и до зеркала. Но я всё ещё не могу использовать . Он специально сконструирован повыше, чтобы люди в колясках могли с лёгкостью пересесть на него. Это замечательная и нужная инновация, но когда в мире дизайна мы описываем новый проект или идею как доступные, что это значит? Для кого они доступные? И для чьих нужд их нельзя приспособить?

Туалет — это лишь один пример, когда дизайн покушается на моё чувство собственного достоинства, но я ощущаю влияние физической среды и в более обыденных вещах, например, в чём-то таком простом, как заказать чашку кофе. Я должна это признать, я пью слишком много кофе. Обычно я прошу ванильный латте с обезжиренным молоком, но я пытаюсь отучить себя от сиропа в придачу. Но недостаточно хорошо спроектирована, по крайней мере, для меня. Я стою в очереди рядом с витриной с выпечкой и бариста просит следующий заказ. Они все кричат: «Следующий, пожалуйста!» Они не могут меня увидеть. Человек рядом со мной указывает на существование меня, и все очень смущаются. Я делаю заказ так быстро как могу и двигаюсь дальше, чтобы забрать кофе. Теперь просто задумайтесь на минуту. Куда они его ставят? Высоко, да ещё и без крышечки. Для меня невероятно опасно пытаться дотянуться до кофе, за который я заплатила.

ПО ТЕМЕ:  Пять фактов о ДНК, которых вы еще не знали

Ещё дизайн покушается на одежду, которую я хочу носить. Я хочу одежду, отражающую мою личность. Но такую довольно трудно найти в отделе детской одежды. А женская часто требует слишком много переделок. Я хочу туфли, которые бы подчёркивали мои зрелость, профессионализм и ум. А вместо этого мне предлагают кроссовки на липучке и кеды с подсветкой. Не то чтобы я имела что-то против кед с подсветкой.

(Смех)

Но ещё дизайн влияет на простые вещи вроде того, как я сижу на стуле. Я не могу изящно перейти из состояния стоя в состояние сидя. Из-за стандартов высоты в дизайне стульев мне приходится лезть с помощью рук и ног, чтобы просто забраться на него, и всё это время осознавать, что он может перевернуться на любом этапе.

Но хотя дизайн сильно влияет на меня, стул ли это, туалет ли, кофейня или одежда, я пользуюсь и полагаюсь на доброту незнакомцев. Но не все люди милы со мной. Мне напоминают, что я маленький человек, когда прохожий показывает на меня пальцем, глазеет, смеётся надо мной, обзывает меня или фотографирует меня. Это случается почти каждый день. С развитием соцсетей у меня появились возможность и платформа, чтобы обрести голос как блогеру и как активистке, но одновременно меня тревожит, что из-за них я могу стать мемом или вирусной сенсацией, и всё это без моего на то согласия.

Так что давайте воспользуемся моментом и проясним кое-что. Слово «лилипут» — это оскорбление. Оно пошло с эпохи Ф.Т.Барнума, эпохи цирков и уродов. Общество изменилось. И наш словарь это тоже должен сделать. Язык — это могущественный инструмент. Он не просто характеризует наше общество. Он формирует его.

Я невероятно горда тем, что я маленький человек, тем, что я унаследовала заболевание ахондроплазии. Но ещё больше я горда тем, что я Шинейд. Ахондроплазия — это наиболее распространённая форма карликовости. Ахондроплазия переводится как «без формирования хрящевой ткани». У меня короткие конечности и аходроплазические черты лица: лоб и нос. Я не могу полностью распрямить мои руки, но я могу лизнуть мой локоть. Но это я вам не покажу. Ахондроплазия встречается приблизительно у 1 из 20 000 новорождённых. 80% маленьких людей рождаются у родителей со средним ростом. Это означает, что у любого в этом зале может быть ребёнок с ахондроплазией. Хотя я унаследовала моё заболевание от папы. Я хочу показать вам фото моей семьи. Моя мама среднего роста, мой отец — маленький человек, а я старшая из пяти детей. У меня три сестры и брат. Они все среднего роста. Мне невероятно повезло, что я родилась в семье, поощрявшей моё любопытство и мою силу воли, защищавшей меня от грубости и невежества незнакомых людей, вооружившей меня стойкостью, изобретательностью и уверенностью в себе, которые были нужны мне, чтобы выжить и повлиять на физическую среду и общество. Если бы мне пришлось точно указать причину того, почему я успешна, то это только потому что я была, да и сейчас я — любимый ребёнок, только теперь я любимый ребёнок, полный дерзости и сарказма, но несмотря на это, любимый ребёнок.

ПО ТЕМЕ:  Валерий Спиридонов — о туризме для инвалидов

Чтобы дать вам понимание того, что за человек я на сегодняшний день, я хотела показать вам жизнь с нового ракурса. Я хотела оспорить ту мысль, что дизайн — это инструмент только для создания функциональности и красоты. Дизайн имеет чрезвычайно сильное влияние на жизни людей, всех людей. Дизайн — это способ того, как мы можем почувствовать, что включены в этот мир, но ещё это способ для нас поддержать человеческое достоинство и права человека. К тому же дизайн может сделать уязвимой группу людей, чьи нужды не были учтены.

Поэтому сегодня я хочу оспорить ваше восприятие мира. На кого наш дизайн не рассчитан? Как мы можем сделать их голоса сильнее и передать их впечатления? Каков наш следующий шаг? Дизайн — это невероятная привилегия, но это ещё большая ответственность. Я хочу открыть ваши глаза на это.

Большое вам спасибо.

(Аплодисменты)

Источник https://www.ted.com

Даша – инвалид с рождения. Эта девочка не знает, что такое жизнь без боли. У Даши — ДЦП, гемиплегия III степени и судорожный синдром.

Похожие сообщения

Оставьте отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите правильный ответ: *